jour
Web-редактор портала ШкловInfo.by

Прошлое – помнить! 22 июня – День начала Великой Отечественной войны

11:0418.06.2018 Общество
77 лет прошло с момента начала страшной, затронувшую каждую белорусскую семью, войны. Листки календаря все дальше отодвигают тот июньский день, и вместе с ними уходят те, кто был, помнил, мог рассказать. И это не только те, кто сантиметр за сантиметром отстаивал свою землю, но и те, у которых война забрала детство, навсегда закрепив в сознании единственный смысл слова «страшно».
В далеком 41-м Вере Авдеенко из деревни Ступляны было 14 лет. И хотя детским такой возраст сложно назвать, но и для нее война казалась чем-то далеким и непонятным. Ведь односельчане и подумать не могли, что немцы могут прийти к ним в деревню, и тем более поселиться в их домах.
Ступляны 019.JPG
«Вокруг все уже говорили про войну. Мы знали, что она началась, - вспоминает события Вера Степановна. – Не знаю почему, но запомнилось мне другое. Пошли с подружкой в магазин за книгами, учиться же надо дальше, а продавец посмотрела на нас и говорит: «не покупайте книги, купите лучше конфет». А через две недели в деревню пришли немцы. Быстро заняли все понравившиеся дома. И наш тоже. Приходилось прятаться». 

Но это мало помогло. Через три года она стала пленницей. На чужой австрийской земле с другими такими же девушками оказалась в лагере. Их работа с утра до вечера заключалась в том, чтобы выбирать алюминий из обрезков. 

«Там 10 бараков было, нас считали малолетними, может, поэтому, не часто ругали. Была и баня на территории, нам иногда разрешали там мыться, - рассказывает Вера Степановна. – Там и немец один был, все повторял, что русские скоро придут. Мы старались его не злить. А 2 апреля 1945-го пришли и сказали, что можем идти куда хотим. На следующий день появились наши солдаты. Идите домой, говорят, а куда идти?».

Вера Авдеенко и еще одна девушка из соседней деревни решили держаться вместе. В Беларусь добирались долго. Вспоминает  узница, как не единожды их опрашивали про жизнь в лагере, медики осматривали. Рассказывает  про время, проведенное в одном из перевалочных пунктов: «там кормили хорошо. Я за месяц восемь килограммов набрала». Помнит она про все, что пришлось пережить ради одного – вернуться назад, к родным.

…- Пришла домой, а его нет. Хату немцы спалили. Младшего брата убили, из других родственников тоже мало кто в живых остался. Хорошо, что отца застала. Начали заново отстраиваться, - не забывает женщина 45-й год.

Поначалу она хотела учиться, даже в новых метриках, выданных взамен сгоревшим, изменила дату рождения, смеется, что подмолодила себя на полгода, чтоб в школу пойти. А потом сама же и бросила – времени не хватало, нужно было работать. Как и все, в колхозе, она делала все, что требовалось, благо, многое умела: и косить, и пахать. 

С мужем вырастили пятеро детей: четверо дочерей и сына. 

«Не скажу, что очень уж плохая жизнь была. Да, всего хватало. И выжить можно было, только если не сдаваться, а идти вперед. Это сейчас уже сил меньше стало», - говорит Вера Степановна, собираясь в свои 92 года поливать помидоры в парнике. Несмотря на возраст, каждую весну она возвращается в свой дом из городов, где живут ее дети, и у которых она проводит зимы в ожидании теплых дней. 

Говорит, не может в городе, тянет на родную землю. Тогда, в годы войны небольшой уголок малой родины давал силы выжить, а теперь этот самый ее дом словно дает надежду, что в жизни ее детей и внуков не будет звучать слово «война».

Оставить комментарий
Текст сообщения*
Обновить Защита от автоматических сообщений