Судьба Шклова переплелась с именем Екатерины II после первого раздела Речи Посполитой в 1772 году, когда белорусские земли, включая Шклов, вошли в состав Российской империи. В 1773–1777 годах Шклов получил статус центра уезда Могилёвской провинции и губернии, что свидетельствовало о внимании имперской администрации к этому городу. Однако подлинный расцвет Шклова неразрывно переплетён с именем человека, которого сама Екатерина ласково называла «мой Шкловский помещик», — Семёна Гавриловича Зорича.

С 1778 года Шклов стал владением Семёна Зорича — бывшего фаворита Екатерины II, боевого офицера, героя русско-турецких войн. Императрица пожаловала ему Шклов с окрестностями, и этот щедрый дар стал поворотным моментом в истории города. Зорич владел Шкловом 22 года, и за это время местечко пережило беспрецедентное преображение.

Прозвище «мой Шкловский помещик», которым Екатерина II наградила Зорича, отражало не только личную привязанность, но и своеобразное одобрение того, что её бывший фаворит нашёл себе достойное занятие вдали от столичных интриг. Для Шклова наступила настоящая «эпоха Зорича» — период наивысшего культурного и экономического процветания в истории города. За каких-то два-три года местечко превратилось в современный, благоустроенный город. Здесь были возведены торговые ряды, ратуша, церковь, здание театра и роскошный дворец.

Одним из важнейших начинаний Зорича, получивших одобрение и поддержку Екатерины II, стало создание Благородного училища для детей из небогатых дворянских семей. Впоследствии оно стало называться Шкловским кадетским корпусом. Обучение в нём регламентировалось воинским уставом, но вместе с тем большое внимание уделялось изучению точных наук, искусств и иностранных языков — полностью в духе просветительских идеалов Екатерины. По уровню подготовки воспитанников Шкловское училище успешно конкурировало с самим Петербургским кадетским корпусом, что говорит о высочайшем качестве образования, организованного Зоричем на белорусской земле.

Через два года после переезда Зорича в Шклов город удостоился высочайшего визита. По пути в Могилёв, где была запланирована историческая встреча с австрийским императором Иосифом II, Екатерина II назначила ночлег в Шклове 23 мая 1780 года.

Приезд императрицы стал грандиозным событием. Как свидетельствуют современники, вечером она прибыла в город со стороны Орши в раззолоченной карете. Процессия была поистине величественной: впереди скакали по два в ряд на богато убранных лошадях знатные дворяне, за ними — почтмейстер с двенадцатью почтальонами в красных кафтанах, затем пикинеры Зорича в великолепном убранстве. Замыкали поезд кирасиры и длинная вереница придворных карет, запряжённых шестериком.

Сам Зорич встретил императрицу у специально построенных по случаю её приезда триумфальных ворот, затем обогнал кортеж и приветствовал государыню у лестницы своего роскошного замка-дворца, на постройку которого было потрачено 4000 червонцев.

Вечерняя программа оказалась не менее впечатляющей. Императрица «изволила забавляться в карты и смотреть немецкую оперу комическую, представленную в домашнем театре Шкловского помещика». После оперы начался бал, а затем для свиты государыни был дан великолепный ужин. Дом Зорича и всё местечко были иллюминированы, а для фейерверка в Шкловском саду был заготовлен павильон из 5000 ракет. Не был забыт и простой народ — для него были поставлены качели и другие забавы, а также выставлены бык, хлебы и разные напитки.

Вторично Екатерина II посетила Шклов и заночевала здесь в ночь с 30 на 31 мая 1780 года. Это произошло на обратном пути из Могилёва, где в течение недели проходила её знаменательная встреча с австрийским императором Иосифом II — событие огромного дипломатического значения, заложившее основу русско-австрийского союза. То, что императрица дважды выбрала Шклов местом своего ночлега во время столь важного путешествия, свидетельствует об особом расположении Екатерины к городу и его владельцу.

Благосклонность Екатерины II к Шклову имеет многоплановое историческое значение. Во-первых, именно по воле императрицы Шклов был пожалован Зоричу, что определило судьбу города на десятилетия вперёд и подарило ему период наибольшего расцвета. Во-вторых, визиты Екатерины в 1780 году вписали Шклов в контекст большой европейской политики: город стал одной из остановок на пути к судьбоносной встрече двух монархов. В-третьих, высочайшее покровительство, пусть и опосредованное через фигуру Зорича, позволило небольшому белорусскому городу стать центром просвещения, культуры и образования, способным соперничать со столичными учреждениями.

По материалам БЕЛТА