Могилевский областной фонд пострадавших от нацизма – именно так называлась общественная организация, которая была создана по инициативе граждан и официально зарегистрирована решением облисполкома от 24 января 1992 года.

«Это была первая организация в бывшем Советском Союзе, призванная представлять и защищать интересы широчайшей категории граждан Республики Беларусь, Могилевской области, а именно тех лиц, кто во время войны был вывезен на принудительные работы в Германию и другие страны независимо от возраста, – рассказывает Владимир Карпухин, который долгие годы возглавлял фонд. – Членами фонда также являлись бывшие советские военнопленные, родные тех, кто погиб в Германии и других странах в концлагерях, на каторжной работе».

Одной из целей организации было добиться компенсации от немецкого правительства непосредственно тем людям, кто во время войны принудительно работал на немцев или находился в концлагерях. И она была достигнута.

Со всех уголков Беларуси к Владимиру Карпухин шли письма от бывших узников, в которых те рассказывали о своих судьбах. Сегодня он, сам ветеран, но только уже другой войны – афганской, раздает эти письма по тем городам, откуда они к нему приходили.

Строчки в этих письмах как правило скупые, и это понятно. Людям тяжело было вспоминать о той боли – и физической, и моральной, которую они перенесли. И все же эта боль – нечеловеческая – прорывается сквозь строчки на пожелтевших листах…

Евдокия Ивановна Манькова из деревни Клин в 1943 году была насильно забрана в Германию на каторжные работы: «При распределении я попала в деревню Лютцов к какому-то богатому фермеру, там уже были наши русские пленные и французы, а позже пригнали американских военнопленных. Нас было 40 девушек. Нас поместили в барак, где было сыро и холодно. Работали мы на разных хозяйственных работах с утра до позднего вечера без выходных, невзирая даже на плохую погоду. Кормили очень плохо. От непосильной работы ко дню освобождения нас Советской армией в феврале 1945 года нас девушек из 40 осталось 12, остальные погибли…»

Сама Евдокия Михайловна последствия тех страшных дней ощущала всю жизнь. Они сказались на ее здоровье. «Каждый день мне снится лагерь, я не могу спокойно жить…», – писала она.

Екатерина Максимовна Гаврилова 1927 года рождения до войны окончила 7 классов. В 1943 году, когда угоняли молодежь в Германию, была забрана вместо старшей сестры, которой не оказалось дома.

До освобождения она работала на шелковой фабрике: «Нас определили работать на станках. Вырабатывали нити с кислоты, которая разъедала все пальцы… Я же как подросток была ростом мала и не доставала до этих станков, там надо было заправлять нити, меня определили вокруг этих станков убирать. Сколько мук это в наше такое время надо было перенести, один Бог знает да я».

Федор Афанасьевич Семенов из деревни Сертиславль на принудительные работы был угнан в 1943 году. Работал в городе Кассель, строили железобетонное здание, видимо, бункер. В Касселе он получил травму при разгрузке вагонов. Был полом ребер и повреждение позвоночника. После этих травм он стал инвалидом первой группы.

Жизнь этих и многих других людей была жестоко растоптана фашистами. Украдена. И все же, несмотря на украденные годы и сломанные судьбы, память жива. Она хранится в письмах, в рассказах, в сердцах потомков. Эти истории – не просто свидетельства боли, но и напоминание о стойкости и человеческом достоинстве, которое не смогли уничтожить ни лагеря, ни каторжный труд.

Сегодня, когда мы читаем строки, написанные дрожащей рукой бывших узников, мы слышим их тихий голос сквозь десятилетия: «Помните нас. Не дайте повториться».