«У вас родился мальчик», — услышав слова врача после долгих часов мучительных схваток, Лариса* улыбнулась. И тут же решила для себя, что теперь будет все по-другому, теперь ее жизнь просто обязана измениться. Мальчика она назвала именем своего отца.

Из больницы, забрав сына, она уехала домой, где жила ее мама. Отношения между женщинами и так не ладились, а после рождения ребенка и вовсе испортились. Обычная ругань постепенно превращалась в крупные конфликты, где без вмешательства правоохранителей уже было не обойтись. Отчасти и от этого сразу после рождения ребенка Лариса попала на контроль социальных служб. Когда уживаться втроем стало совсем невыносимо,  Лариса решила, что лучше ей с сыном пожить у тети. Вскоре на горизонте появился Артем и предложил переехать к нему. После наступления Нового года они стали жить втроем, как семья. 

Через неделю по новому месту жительства Ларису с сыном пришли навестить органы опеки. Ненадлежащие бытовые условия насторожили, но не больше, чем состояние матери. Она, как и ее гражданский муж, были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Это обстоятельство стало одной из основных причин того, что ребенка признали находящимся в социально опасном положении. 

Для Ларисы наступил момент принятия решения. Она то и дело убеждала,  что просто ошиблась и обязательно исправится. Ей дали такой шанс при условии, что ее стремление будет не пустыми словами. 

Женщина добровольно решила пройти лечение от алкогольной зависимости. С ней и ее сожителем стали проводиться регулярные профилактические беседы, им постоянно напоминали об ответственности за воспитание ребенка. 

Жизнь у мальчика стала налаживаться. За ребенком смотрели, за ним ухаживали и засыпал он у мамы на руках. Лариса с Артемом со спиртным завязали, во всяком случае, подшофе не попадались, наладили быт и даже начали делать ремонт в квартире. Успели поменять окна, и тут вновь как гром среди ясного неба грянуло сообщение в милицию о том, что Лариса в состоянии алкогольного опьянения нанесла Артему телесные повреждения. Мальчика изъяли из семьи. Когда это происходило, молодая мама то и дело повторяла, что сына все равно вернет. 

Месяц после случившегося органы опеки пытались установить местонахождение Ларисы, однако ни по месту жительства, ни у родственников она не объявлялась. Однажды до нее удалось дозвониться, по телефону было понятно, что она не трезва, но назвать, где находится, она не захотела. Сына в доме ребенка то ли из-за чувства вины, то ли по причине занятости другими делами, Лариса не навещала и даже ни разу не позвонила. 

Все чаще она замечалась в асоциальных компаниях, привлекалась к административной ответственности и не раз оказывалась в изоляторе временного содержания. Но на комиссиях, где ей пытались помочь, все так же упрямо повторяла, что хочет быть рядом с ребенком, которого она родила, и твердила, что не пьет. А сына она не посещала из-за того, что нет средств к нему съездить. Однажды ей поверили и даже дали денег на дорогу в надежде, что вновь прижав к себе ребенка, она даст возможность материнскому инстинкту победить свои слабости. Чуда не произошло, к ребенку в тот раз она так и не приехала, променяв встречу на бутылку. 

После очередного предупреждения о том, что документы на лишение родительских прав уже готовятся, Лариса впервые заплакала и пообещала, что тому не бывать. «Сына никому не отдам», — сказала она и приняла для себя решение в очередной раз покончить с прошлой жизнью. Самостоятельно поехала в психиатрическую больницу, чтобы ей помогли справиться с тягой к алкоголю. Постоянно по телефону общалась с психологами, занимающимися семьей, и даже навестила ребенка.

«Представляете, у него уже два зубика прорезалось», — воодушевленно рассказывала она соцслужбе, когда пришла заверять, что исправилась и продолжит делать все для того, чтобы сын вернулся к ней. Начала регулярно ходить на работу, погасила задолженность по расходам на содержание ребенка на государственном обеспечении. 

Но обещание снова не сдержала, когда в очередной раз она «сорвалась», документы на лишение родительских прав были переданы в суд. Лариса была зла на весь мир, но только не на себя. Она так и не поняла, почему ей не отдают ребенка, и  уже не сдерживая эмоций, бросила тем, кто когда-то пытался ей помочь: «Ну и лишайте, я все равно восстановлюсь в правах, и сын будет со мной».
Решением суда Лариса была лишена родительских прав в отношении своего сына. 

Мальчика усыновили, а недавно стало известно, что работники органов опеки вновь станут частыми гостями в доме женщины. Лариса беременна вторым ребенком.

*Имена изменены по этическим соображениям.